До того, как имя его стало известно многим, Кассиан Андор был лишь одним из теней на шумных улицах Фестиваля. Его мир состоял из тихих сделок, перехваченных частот и постоянного, гнетущего страха перед Имперским патрулем. Всё началось не с громких речей или героических манифестов, а с цепочки мелких, казалось бы, незначительных событий. Один украденный манифест грузовых перевозок здесь, один переданный сигнал о передвижении штурмовиков там.
Кассиан не искал славы или великой цели. Сначала это была просто борьба за выживание, попытка отыграть у галактики хоть немного справедливости для себя и тех немногих, кто ему был дорог. Он видел, как тирания душит миры, как страх становится валютой. Каждая его миссия — будь то добыча шифров с заброшенного ретранслятора или сопровождение ценного информатора через контрольно-пропускные пункты Мос-Эйсли — была кирпичиком в стене его личного сопротивления.
Именно в этих серых зонах, на стыке криминального полумира и зарождающегося протеста, он и столкнулся с теми, кто думал так же. Контакты были осторожными, встречи — мимолетными. Разрозненные группы недовольных начали обретать голос, а его навыки оказались тем клеем, что мог соединять разрозненные очаги. Он доставлял не грузы, а надежду — схемы патрулей, коды доступа, координаты тайных встреч. Кассиан стал призраком в машине Империи, человеком, которого не существовало, но чьи действия начинали менять расстановку сил. Это было время, когда Сопротивление еще не было альянсом, а лишь смутным шепотом в темноте, и Андор был одним из тех, кто этот шепот услышал и решил передать дальше.